«М.А. Врубель. Жизнь – искусство»

Живописец-монументалист, художник театра, скульптор, график, иллюстратор, представитель романтического направления русского модерна, М.А. Врубель родился 17 марта 1856 года в Омске. Его отец, Александр Михайлович, в прошлом строевой офицер, участник Крымской войны и боевых действий на Кавказе, был военным юристом, семья часто переезжала из города в город и вновь возвращалась в Петербург, где прошли детские годы Врубеля. У будущего художника не было родного гнезда и связанных с ним воспоминаний. Мать художника, Анна Григорьевна, урожденная Басаргина, родственница известного декабриста, родила четырех детей и умерла, когда Мише было всего три года. Спустя 4 года его отец вновь женился - на Е.X. Вессель. Отношения с мачехой у Михаила сложились неплохие - она оказалась доброй и любящей, детство мальчика было счастливым.

Его художественные способности проявились очень рано. Уже с 5 лет он увлеченно занимался в рисовальной школе. Девяти лет от роду он по памяти копировал Микеланджело. Во время проживания в Петербурге, в 1864 и 1868-1869 годах отец водил мальчика на занятия в школу Общества поощрения художеств. Отец желал для Михаила надёжного и обеспеченного будущего, успешной карьеры, и поэтому настоял на поступлении на юридический факультет Санкт-Петербургского университета. Однако Михаил был совершенно равнодушен к юридическим наукам, все его интересы были за университетскими стенами. Врубель всерьёз увлекался философией Канта, спорил об искусстве, всегда оставаясь при этом сторонником так называемого «чистого искусства», и много рисовал. Он посещал в Академии художеств вечерний класс П. П. Чистякова, учившего Василия Поленова и Валентина Серова, Репина и Сурикова, и Виктора Васнецова. В 1879 году в возрасте 23 лет Михаил окончил университет с золотой медалью, после чего отбыл воинскую повинность, получив чин бомбардира запаса.

Осенью 1880 года Михаил был зачислен вольнослушателем в Императорскую Академию художеств, где занимался опять же в классе Павла Чистякова. Он сразу начал выделяться среди прочих студентов необычностью стиля и оригинальным взглядом на классические сюжеты. Из рассеянного и легкомысленного студента он превратился в фанатика своей работы. «Надо работать и работать», — с незнакомой прежде педантичностью обращался он к сестре. "Ты представить себе не можешь, - пишет он сестре в 1883 году, - до чего я погружен всем своим существом в искусство: никакая посторонняя искусству мысль или желание не укладываются, не прививаются. Я до того был занят работою, что чуть не вошел в Академии в пословицу. Если не работал, то думал о работе".

Став учеником Чистякова, Врубель так натренировал свой глаз, что различал "грани" не только в строении человеческого тела или головы, но и там, где она почти неуловима, например, в скомканной ткани, цветочном лепестке. Можно видеть, как он это сделал, на примере "Натурщицы в обстановке Ренессанса" (1883), которая свидетельствует об умении художника передать разнообразие материальных форм и богатство оттенков цвета. Уже в Академии Врубеля начинают интересовать темы общечеловеческие, философские, его влекут личности сильные, мятежные,  часто - трагические. Не случайно первая картина Врубеля связана с трагедией Шекспира: это "Гамлет и Офелия" (1884, ГРМ). Чистяков разглядел необыкновенную одаренность ученика и выделял его среди других. Поэтому, когда к Чистякову обратился его старый друг профессор А.В. Прахов с просьбой рекомендовать кого-либо из способных студентов для реставрации древних фресок в храме Кирилловского монастыря (XII в) под Киевом, Чистяков без колебаний представил ему Врубеля со словами: "Лучшего, более талантливого для выполнения твоего заказа я никого не могу рекомендовать". Весной 1884 года, не успев окончить Академию, Врубель отправился в Киев, где началась его самостоятельная художественная жизнь.

Врубель в Киеве должен был руководить реставрацией византийских фресок  XII века в Кирилловской церкви, кроме того, написать на стенах ее несколько новых фигур и композиций, взамен утраченных и еще написать образа для иконостаса. Так Кирилловский храм вошел в историю не только своими древними фресками, но еще и как памятник, запечатленный гением Врубеля.

Художник написал на стенах несколько фигур ангелов, Христа, Моисея и, наконец, две самостоятельные композиции — огромное «Сошествие Святого Духа» на хорах и «Оплакивание» в притворе. В работе над ними Михаил Александрович уже не копировал старинные образцы. У него было внутреннее право не следовать букве древнего стиля — он проник в его дух. При этом, работая в Кирилловской церкви, Врубель признавался в письме к сестре: «Рисую и пишу изо всех сил Христа, а между тем вся религиозная обрядность, включая Христово Воскресенье, мне даже досадны, до того чужды».

Похоже, трудно смотреть одним глазом в землю, другим в небо. Может быть, поэтому слишком зыбкой становится черта между добром и злом в киевских работах Врубеля, слишком двоятся образы земного и небесного в его иконах. Так в образе Богоматери Врубеля откровенно проглядывают черты земной женщины — Эмилии Праховой. В нее Врубель в киевскую пору был влюблен болезненно и безответно.

Из четырех иконостасных образов «Богоматерь» удалась художнику особенно. Это один из его несомненных шедевров. Написана она на золотом фоне, в одеянии глубоких, бархатистых темно-красных тонов, подушка на престоле шита жемчугом, у подножия — нежные белые розы. Богоматерь держит Младенца на коленях, но не склоняется к нему, а сидит, выпрямившись и смотрит перед собой печальным вещим взором.

Жизнь в Киеве давалась ему не просто: неразделенная любовь, отсутствие признания и заказов. Творческий и личностный кризис начинает набирать обороты, и художник решает уехать в Москву.

Там он знакомится с меценатом Саввой Мамонтовым. Он покровительствует художникам и сразу подмечает в Врубеле большой талант. Благодаря его протекции художник принимает участие в иллюстрации юбилейного двухтомника Лермонтова.

Именно тогда он начинает работать над темой Демона. И создает одну из самых знаменитых своих картин "Демон сидящий".

Врубель наделяет своего Демона совершенно человеческими качествами. Складывается такое ощущение, что ему уже совершенно наскучило быть злым, он сидит, обняв колени, в каком-то загадочном месте и ему так грустно и одиноко. Может он хочет измениться? Но все же знают, что он воплощение зла, и отношение к нему соответствующее. Он, как будто, зажат в этой картине между рамами, все сущее на него давит и пространства холста не хватает чтобы выразить все, что накопилось в нем. И он сидит в лучах заката непонятый и несчастный.

Образ его Демона схож с Лермонтовским:

Давно отверженный блуждал

В пустыне мира без приюта:

Вослед за веком век бежал,

Как за минутою минута,

Однообразной чередой.

Ничтожной властвуя землёй,

Он сеял зло без наслажденья.

Нигде искусству своему

Он не встречал сопротивленья —

И зло наскучило ему…

Ничего демонического во Врубеле не было, и все же, почему именно Демон? Почему этот образ всю жизнь не дает ему покоя? Еще в Киеве, в 1885 году, когда Демон впервые начинает намечаться на холстах, Врубель верил, что его идол составит ему имя. Тогда он делал десятки разных набросков и чувствовал — не то. Рвал, зарисовывал сделанное и начинал все с начала. Даже решил вылепить Демона из глины: «...вылепленный, он только может помочь живописи». В рисунке, в живописи, в глине — развертывается целая галерея демонов, нескончаемая демоническая сюита.

«Демон летящий», «Демон у монастыря», «Тамара и Демон», «Демон поверженный»

С женой Надеждой Забелой, художник познакомился 1896 году. Надежда была оперной певицей, а Врубель-художником-декоратором. История их помолвки выглядит если не абсурдной, то сказочной точно. После представления художник нашел Надежду за кулисами и стал восхищаться ее голосом и признаваться ей в любви. Он сделал ей предложение чуть ли не в тот же день. И она ответила согласием, хотя знала о его вздорном характере, пристрастию к выпивке и нищенском положении.

Он любил ее невероятно, неистово и всеобъемлюще. Он взял на себя работу с ее сценическими костюмами, прической и даже наносил макияж перед каждым выступлением. Был для нее своего рода стилистом, и это доставляло ему невероятное удовольствие. Найдя свою «музу», художник был безмерно счастлив. Он не просто боготворил жену, он жил для неё. Посещал все её репетиции и спектакли, придумывал для неё костюмы и писал декорации к спектаклям, в которых она пела. Ну и конечно же он много писал ее...

Картина Царевна-Лебедь, на ней изображена Надежда в одном из своих сценических образов. Врубель написал ее так, что кажется, она через секунду обернется прекрасным лебедем. Поймал этот момент волшебства превращения. Она всего на мгновение обернулась. Но больше всего внимания привлекают ее огромные черные глаза. Эти глаза уже стали его визитной карточкой.

Интересно, что Врубель считал глаза самым важным смысловым акцентом картины и чаще всего писал их тогда, когда все остальное было завершено.

В браке с Надеждой у них родился сын Савва, но через 2 года мальчик заболел воспалением легких и умер. Для Врубеля это был страшный удар. Он все искал каких-то причин, шептал под нос: «Это я обрек наш род на вырождение. Моя вина». Но в чем та вина - не объяснял. Михаил Александрович вообще стал неразговорчив и все чаще запирался в мастерской. Он снова писал Демона.

Он стоял у мольберта по 20 часов подряд, счищал написанное и начинал заново. Порой на Михаила накатывали приступы агрессии. Врубель почти не ел, бросил умываться и бриться, не стал даже лечиться, когда началась лихорадка. Врач сказал, что надо меньше работать и больше спать, но спать-то Врубель как раз и не мог: стоило задремать, как во сне к нему являлся Демон и требовал немедленно становиться за мольберт…

Консилиум во главе с профессором Бехтеревым порекомендовал поместить Врубеля в психиатрическую лечебницу. За семь последующих лет художник сменил около десяти больниц. Лучше всего жилось в московской клинике в Ново-Зыковском, у профессора Ф.А. Усольцева. Здесь больные пользовались большой свободой, и художнику разрешалось рисовать.

Скоро Михаил Александрович не смог рисовать вообще – он стал терять зрение. Последние четыре года Михаил Александрович провел в кромешной темноте.

Врубель все чаще твердил, что устал жить, и часами простаивал полуодетый около открытой форточки. Жаловался жене: «Воробьи мне чирикают: чуть жив, чуть жив!». Известие о том, что его произвели в академики, совсем не взволновало художника. В феврале 1910 года у Врубеля открылось воспаление легких, а 1 апреля его не стало. Последними его словами были: «Довольно! Поедем в Академию». Панихида действительно состоялась в Академии. В 1913 году рядом с Врубелем похоронили пережившую мужа на три года его жену.

Творения Михаила Врубеля не спутаешь с работами других мастеров. Только в них удивительным образом сплавлены космичность и нервная чувственность форм, драматизм и хрупкость образов, мечта и воля рока. Метаморфозы земного и ирреального миров обнаруживают их взаимозаменяемость и насмехаются над трезвой обыденностью.

•   «Третьяковка - дар бесценный. Михаил Врубель» – документальный фильм (телеканал Россия Культура)
•   «Музей им. М.А. Врубеля в Омске» - Видеоэкскурсия (2020) 
•    «Ограда Врубеля в больнице Усольцева»

Светлана Головченко, библиотекарь

1. Громова, Е. В.        Коровин, Врубель, Кустодиев [Текст] / Е. В. Громова, Л. А. Ефремова. - Москва : ОЛМА Медиа Групп, 2014. - 304 с. : ил. - (Подарочные издания. Сокровища живописи).

2. Портрет в русской живописи [Текст] : альбом / авт. текста и сост. Л.А. Ефремова. - Москва : ОЛМА-Пресс Образование, 2004. - 96 с. - (Галерея мировой живописи).
3. Самин, Д.К.        100 великих художников [Текст] / Д.К. Самин. - Москва : Вече, 2006. - 480 с. : ил. - (100 великих).